?

Log in

No account? Create an account
Свежие записи Друзья Архив Личная информация Метки To-Do List
 
 
 
 
 
 
Добрый вечер. Заросли Вереска приветствуют вас. Спасибо, что оставались все это время с нами. С сегодняшнего дня в сообществе появился действующий модератор и спама больше НЕ БУДЕТ!! Ботов тоже не будет.

Поэтому всех желающих приглашаю вновь оживить Заросли вереска дружеским щебетом и клекотом.

Ломион
 
 
 
 
 
 
В гостях у Светлячка говорят о необычных свечах и подсвечниках, лампах, фонариках, светильниках, причудливых абажурах, ночниках и волшебных интерьерах! Обо всем, что создает уют и привносит праздник в нашу жизнь! :)

Добро пожаловать на огонёк!:)


 
 
 
 
 
 
Тристан и Изольда:
как было на самом деле

История двух любовников, охваченных внезапной и необъяснимой страстью, очень красива. Она источник вдохновения и свидетельство чудесной силы любви. Миф этот на разные лады повторяется в разных странах. Историки ведут поиск прототипов. Читатели учатся прощать тех, кто любит, даже если они попирают все моральные устои. Этому, право, стоит учиться - осуждение незаконной любви порождает убийство. Словом, отрицание любви порождает смерть - это так же верно, как и противопоставление тьмы и света. Я готов спать при свете, лишь бы тьма не была постоянной. И, безусловно, Любовь заслуживает жизни, а Смерти пусть остается смерть. Это то, в чем она понимает толк, и пусть не в свое не суется...
Речь, однако, совсем не о том.
Мифы нужны (а история о Тристане и Изольде - конечно, миф), но есть в мифах губительная сила: они учат нас принимать без критики малоизученный факт. К тому же, человечество - вечный соавтор всяких небылиц и поборник смертельной морали - все-таки не удовольствовалось общим торжествующим содержанием этой истории и густо приплела все ту же смерть. Только так, полагает оно, можно простить и искупить грех любви. То есть, все-таки грех.
Я, как свидетель тех событий, утверждаю, что смертью в них и не пахло. Читать дальше...Свернуть )
 
 
 
 
 
 
У них нет ничего общего
У них нет ничего общего, кроме невозможности быть друг без друга. Ночи без дня, дню без ночи. Но у каждого при этом свои заботы и пристрастия. Они так увлечены своим ежемоментным и, казалось бы, обустроенным бытием, что готовы поверить в свою самость. У каждого свой мир, напичканный милыми встречами, увлекательнейшими открытиями. И каждый счастлив! Ну может быть все-таки ждет какого-то чуда. Все столь живо и много, что нельзя представить еще нечто, пока… Пока не случается солнечное затмение или погодный, вроде как, конфуз. Начинается осознание своей половинчатости, понимания что радуга - это не семь цветов, а скорее еще и семь звуков. А если БЫТЬ вместе, то появятся еще и семь измерений. Сотворенное ими теперь БУДЕТ. Да. Будет чудо, будит чудо. Оно разбудит их. Можно не верить и надеяться, а знать. Невозможно потерять то, без чего тебя уже не будет. Явленная бесконечность прозрачна, светла, легка. И все возможно при невозможности друг без друга. У тени полуденного зноя появится таинственность глубокой ночи. Шелест ветра в листве напомнит дневное дуновение прохлады. То, что неразличимо в звуках днем, явственнее в тиши ночью. Что лишь смутное очертание в ночи, столь ослепительно разноцветием днем. Ночные запахи и тоньше и томнее, а днем они так быстры и резки. Хотя могут и поменяться времяположением. Утром и вечером день и ночь так одинаково похожи, едины. Утром едино свежи, чисты. Вечером едино пресыщены пережитым за день. Дневная насыщенность предполагает ночное размеренное осмысление без излишней надрывности. И стоит ли нарушать порядок неразрывности невозможного друг без друга. Если только не вседозволенность и дерзость любви в сказаниях все о той же невозможности друг без друга. Любви исключений в размеренном выверенном порядке. Где среди множества вариантов возможен лишь единственный, совершенно не единственный по мнению множества да и, более того, для существования всего мироздания. Можно закрыть окна плотными шторами, но от этого день не станет ночью. А лампочка никогда не станет солнцем, хотя и растут в парниках помидоры, являющие смутное представление о помидорах. Виноград на склонах Альп в те единственные пару недель того дремучего года, когда день и ночь творили свои мимолетные забавы, подарит единственный букет вина, выпив единственный бокал которого, один из многих осознает неповторимость одной из многих и их невозможность друг без друга. Появится волнующая история на всегда, услышится музыка не услышанная ни кем до того. И возможно единственная невозможность друг без друга станет Началом, а не прекрасным (ужасным) исключением. Великое исключение хаос породило возможность невозможности друг без друга дня и ночи. Их неудивительным отражениям, столь разным по сути, пристало возможным явить сокрытое в них. Сотворенные в исключительности вернутся к порядку и продолжат чудо желать. Нарекут возможность невозможного сказкой, мифом, былиной, преданием, легендой, надеждой, мечтой, воздушными замками. Лишь те исключения, кто знает о невозможности друг без друга тех, у кого нет ничего общего, день и ночь творят и играют с прекрасным и вечным, делая их единство не единственными и безумно различными. Ваш КОШмар.
 
 
 
 
 
 


http://magicstore.prostoprint.com/
 
 
 
 
 
 

В новом году на радио, где я работаю хотим замутить ночной радиотеатр. Пока готовим пилотные выпуски и даже до конца не определились с первым эпизодом. Посему обращаюсь ко всем пишущим: если есть желание - подарите рассказ или радиопьесу, которую мы постараемся озвучить. Ничего не обещаю, но все работы рассмотрим. Объем воплощения должен занимать минут 10-15. Жанры: фантастика, фэнтэзи, детективы, мистика, ужасы...
P.s. Проект хоть и радийный, но некоммерческий. Просто ди-джеить нам немного скучновато, вот и пытаемся себя как-то творчески по-другому реализовать.   

 
 
 
 
 
 
Ловко добравшись до верхних веток, Айанара устроилась рядом с Вересой. Девушки завороженно рассматривали серебристое мерцающее перо - подарок огромной птицы. Да и было на что посмотреть: сотни мельчайших мерцающих волосков сходились в один тугой жгут. Если внимательно присмотреться, можно уведеть, что каждый волосок соединен с другими тоненькими нитями. Перо как бы соткано из пузырьков светящегося воздуха, запутавшихся в мельчайших паутинках. Такое не каждый день увидишь и уж подавно не найдешь на лесной тропинке.
При виде эльфа птица распахнула крылья и истошно закричала, явно желая привлечь к себе внимание. Айанара поймала на себе ее внимальный тревожный взгляд.
- Прости, - печально сказала девочка. - Я не понимаю твоего языка...
Тут Айанару посетила неожиданная мысль.
- Ломион, ты же понимаешь, что они говорят. Пожалуйста скажи мне, что ее так беспокоит?
 
 
 
 
 
 
- Да. Я живу во-он там, - Айанара показала на огромную ветку несколькими ярусами ниже. - Но отсюда не видно. Хозяин сам разрешил мне жить там. Он учит меня говорить с птицами, - краснея, призналась она.
Солнечный луч пробился через изумрудную листву и упал на эльфов. Айанара смешно пришурила глаза, отчего стала похожа на маленького лисенка. Ломион же походил на нахохлившегося грачонка: свет терялся в прядях его волос и тонул в черноте глаз. Похоже, что откровенное признание Айанары его не убедило.
- Я часто вижу тебя, когда ты приходишь к Хозяину, - как бы оправдываясь сказала она, и, заметно погрустнев, добавила. - Вот только меня почему-то не замечаешь...
Окончательно смутившись от такого недоверия, она нежно погладила ветку, на который они сидели, и ловко полезла вверх вслед за Вересой.
 
 
 
 
 
 
- Я пел, - улыбнулся мальчик, - песенку которой меня научил мой хороший друг. Он тоже эльф и написал эту песню для своей любимой, но она, - тут эльфенок погрустнел, - ушла от него. И теперь я пою эту песню когда чувствую разлуку, в память о моем друге. -
Вереса и Ломион шагали сквозь густой кустарник и заросли. Впереди девушка заметила дорожку которая мягкой травой легла им под ноги и вскоре вывела эльфа и его спутницу на открытое пространство. Наверху, над головами путников, было темно и Вереса подумала, что наступила ночь, но странное дело. Трава под ногами была абсолютно сухой. Тропинка вилась и скользила как змейка. Ее окружал мох и папоротники. И тут Вереса увидела цветок, он рос около тропы и мягко светился в темноте. Темнота не было такой, что невидно ничего, это был скорее мягкой сумрак. И девушка оглянувшись обнаружила еще несколько цветков разной величины. Они светились в траве, росли под папоротником, склоняли свои чашечки к тропе и от них всех шло мягкое и приятное свечение.
 
 
 
 
 
 
День обещал быть солнечным. Это чрезвычайно радовало каждое деревце в сказочном лесу, а дриады возбужденно перешептывались, видимо, желая устроить праздник в честь долгожданного солнечного денька. Где-то на старом тополе заливалась лесная беззаботная птаха, неподалеку выстукивал дятел, и вообще вокруг царило крайнее оживление. Даже лягушки в лесном озере решили не дожидаться вечера и устроить утренний сеанс хорового пения.
И вот посреди этой идиллии и праздника жизни вдруг возникло нечто...

В воздухе сильно пахнуло паленым, порыв ветра закрутил несколько сухих листочков и пару испуганных бабочек. И тут случилось неожиданное: прямо из этого ветряного завихрения на землю шлепнулась дева... Ну, дева не дева, а вполне реальная девушка. Потирая место приземления, она опасливо оглянулась по сторонам.
- Вот, леший! И куда я попала? надо было четче определить место перемещения... а то приспичило, фантазии, мечты... Как я теперь домой добираться буду....

Девушка выглядела растерянной, видимо, она не была расположена к длинным путешествиям. Зеленое длинное платье с расклешенными рукавами явно не походного типа было слегка помято, как будто в нем много и удобно лежали на чем-то мягком, заплетенные в косу русые волосы изо всех сил старались освободиться и лежать так, как им вздумается, сандалии выглядели скорее как домашние тапочки, и в довершение в руках у незнакомки была кружка исходящего паром и травяными ароматами чая...

- Эй, тут население есть? Кто-нибудь! - девушка слегка, но не слишком повысила голос, призывая свидетелей своей позорной телепортации. Опасалась она по объяснимым причинам: неизвестно, кто населяет эти места и рады ли они будут незваной гостье...